- А вот такой же рояльТомас Вордвуд в 1817 году подарил Бетховену, - вдохновенно расказывает Сергей Арамович. - А этот Томас сделал двумя годами позже в Лондоне. Он единственный в Европе.
Некоторые рояли в силу большого возраста водружены на специальные каркасные подставки - ждут часа реставрации. Я обратил внимание на что-то бесформенное, накрытое плотным материалом, и по конфигурации никак не напоминающее рояль.
- Что это? - недоуменно спросил я.
- А это наш новичок, отдыхает, напитывается здешней атмосферой.
- И где же вы их находите, на свалках? - пошутил я, но, как оказалось, совершенно напрасно.
- Почти, - ответил Сергей Арамович. - Иногда нам звонят люди, которым известно наше увлечение, и предлагают забрать, ставшую не нужной в квартире или учреждении, громоздкую вещь. Мы не отказываемся. А вот те два рояля уже отреставрированы, - сказал он, указывая на, сверкающие свежим лаковым покрытием, рояли, - и под их звучание здесь проходят балы, концерты классической музыки.
- Как вы думаете, сколько мастерских по производству роялей было в России в 19-м веке? - в конце экскурсии спроисл Сергей Арамович.
- Четыре?
- Четыреста!
Так как же все-таки называется человек, собирающий рояли? - снова возник у меня вопрос. - Может быть, роялист? А что! Если рояль - король музыки, значит и собиратель роялей поклонник королей - роялист!
Удивлялся Анатолий Усов